Симеиз, Яйла, Мердвен

Итак, второе и решительное наступление на Ай-Петринскую Яйлу –  плоскогорье, тянущееся от Ласпи до Ялты. Там оно продолжает тянуться, уже как Ялтинская Яйла, А со стороны Ласпи, пропустив трассу Ялта-Севастополь, становится мысом Айя, а в дальней перспективе (пронырнув Балаклавскую бухту) и Фиолентом. Хотя данное плоскогорье и представляет собой дно моря мелового периода, которое вздыбилось уже в позднем кайнозое, считать плоским его, как оказалось, можно только с изрядным допущением.

Но, чтобы проверить это, пришлось потрудиться.

Бездарно проведя первый по-настоящему летний день уикэнда я проснулся с твёрдым намерением сделать вид, будто всю субботу я планировал воскресный поход. В окно робко заглянуло пасмурное утро, и прогноз по всему ЮБК давал дождь с девяти утра, в Севастополе – сильный.

Дождавшись девяти я подумал и решил – нужно ехать и будь, что будет. Ну приеду в дождь, значит повернусь и уеду обратно. Целью, в продолжение мисхоровских похождений, стал подъем на плоскогорье, а мегацелью – марш бросок до Орлиного.

Что плохо в моем местоположении и отсутствии машины, никуда нельзя добраться быстро, хотя расстояния в общем небольшие. Пока добрался до автовокзала, пока дождался автобуса и добрался до Симеиза (меньше 40 км отсюда) прошло два с половиной часа.

Как всегда, раскладка на поход у меня была больше интуитивная. Карты в натуре выглядят совсем по-другом, и мою схему "Еврейской" тропы на вершину совершенно невозможно оказалось на автобусной остановке привязать к реальной местности. 

По интуиции пошёл вправо по трассе, расспроси местных ожидаемо ничего не дал – у них свой мелкий сервисный бизнес, лазить в горы ногами для них несолидно. После брошенной АЭС, обруганный там одинокой собакой, я в перспективном месте свернул в гору и начал взбираться мимо виноградников по тропке, отмеченной кучами лошадиного навоза.

По сравнению с прошлой неделей ощутимо прибыло бабочек, или это просто место такое. За десять минут с десяток видов заметил, но не все сфотографировать получилось. Очень удачно, самая красивая оказалась и самой терпеливой.

Дальше пересёк асфальтовую дорогу, по тропинке в лесу миновал заброшенные строения, развалины метеостанций, кажется. Добрел до лесного кордона со стройными лошадями, загородившими дорогу.

Там справился о дороге, сказали, на Яйлу я так заберусь, если держаться левой стороны в развилках. На километр протянулась вырубка на месте старого пожара. Потом дорога нырнула в красивый корабельный лес. 

Пришло на ум сочетание "звенящие кедры" из книг культа анастасиевцев. Мимо пролетели сверху байкеры?, на высоких мотоциклах повышенной проходимости. По крайней мере стало ясно, что наверх дорога есть и вполне доступная.

Вверх по бесконечному серпантину, мимо родника с питьевой водой и символикой московской олимпиады, мимо второго родника с простой водой. (по этим двум родникам потом только и узнал, что все-таки поднялся именно по "Еврейке". 

Мимо дощечки - кто-то тут трагически погиб 3 марта 1988 г. С серпантина слетели? так густой лес, падать некуда.

А говорят, нет подтверждений Ледникового Периода в Крыму. Вот оно, под ногами.

И вот вершина. Точнее, седловина, вершина справа, но туда не полезу, учитывая что ещё махать километров 20.

Дальше направо в дымке растворяются купола обсерватории. Небо хмурится, но ветра нет напрочь, как перед дождём.

Быстрый перекус и в путь. Через полчаса натолкнулся на двух юношей с лыжными палками. Они покритиковали мои планы, сказав, что до темноты я до Орлиного не дойду. Максимум, до Родникового, или спуститься с гряды к Оползневому. Ну на худой конец добраться то Шайтан-мердвен (чертовой лестницы) и оттуда вниз и на вечерний автобус из Ялты. Учитывая, что ни один из названных ориентиров мне не был знаком, я сказал, что хожу очень быстро и все успею. Хотя в душе родились сомнения. Но метаться в незнакомом лесу это не выход, вперёд по кромке, по крайности с дороги не собьёшься.

И потянулись бесконечные спуски и подъёмы, присыпанные щебенкой тропы и пирамидки из камней. Самое нудное в путешествии, когда единственное новое это растущий километраж.

И тающее оставшееся время - до сумерек и до отхода последнего автобуса из Орлиного.

К тому же появились некоторые опасения, что сумерки ещё не самое худшее. Впереди замаячили облака, а бродить в лесу внутри облака - в эту замечательную ситуацию я уже попадал.

Временами с неба падали капли, но дальше дело не шло. На плоских участках удавалось переходить на бег, но ненадолго, чтобы не натрудить ноги, к тому же воды осталось на донышке.

На горбе высились два огромных ромбических щита, на одном реклама школы дайвинга, но истинное их назначение осталось загадкой. Викимапиа молчит на этот счёт.

В очередном овраге встретил двух косуль или олених, они от меня дернули по склону, я им посвистел, они остановились заинтересованно. Я перестал свистеть. Кто знает, два больших грубых животных в безлюдном лесу "И идут ли они на свист? А если идут, то зачем? И любят ли они поросят? И как они их любят?"

Дальше был неприветливый мужик с двумя пушистыми собачками. Колея от машины ушла вниз направо, я же двинулся по тропке вверх налево. И вроде стал узнавать местность, до которой в прошлый раз доходил с Фороса. Под жизнеутверждающий мотив Avolination Sail вышел на вершину и упёрся в отвесный обрыв. Большая птица обломинго. Та знакомая местность еле просматривалась на горизонте, а мне предстояло на уже чувствительных ножках возвращаться назад и нырять в овраг. Напоследок, внимательно посмотрел и вроде бы углядел протоптанное начало тропинки из оврага вниз. Никак, Чертова лестница?!

Спуск в овраг был тот ещё аттракцион. Хотелось повернуться и спускаться спиной вперёд - не так натужно было бы на ноги. Внизу уже выработавшимся чутьем нашёл малозаметное ответвление тропы к обрыву, упершееся в узкую нишу, круто уходившую вниз. И по некоторым признакам, по ней когда-то проходили. Делать нечего, осторожно на четырёх, а иногда и пяти точках пошёл вниз, надеясь, что обрыв не станет совсем отвесным. Мелькнуло в голове, что так и срываются все эти туристы, о которых ещё вчера писала веб-газета "Закрыма": склон все круче, а потом уже не остается сил лезть обратно. Но в моем случае вертикальный участок был не очень длинный, метров двадцать, а дальше опять длинный пешеходный спуск по тропе до старого севастопольского шоссе. Потом узнал по карте, что до чертовой лестницы немного не дошёл и спускался по более экстремальному "Восточному Мердвену".

Потянулось бесконечное старое шоссе. За каждым поворотом ожидал увидеть Форосскую церковь, периодически даже снова включал победный ритм Sail (тут я такой красиво захожу за поворот и ложусь на финишную прямую) но не помогло, даже стал накрапывать мелкий дождь. Дорога преобразовалась в серпантин и там повезло поймать машину с молодой семьёй из Симферополя. Они возвращались с гор и подбросили меня к ялтинскому кольцу, откуда уже шли севастопольские автобусы.